Суббота , 21 Сентября 2019

«О Кузнецове…»

Три дня Москва литературная жила под именем Николая Лугинова: его юбилейные мероприятия шли в Союзе писателей России, Литинституте и представительстве республики. Даже новое высказывание в связи с ним появилось: опираясь на мудрость прошлого, найти взгляд в будущее.
Старым империалистом в Литинституте имени М.Горького назвал себя народный писатель Якутии, — туда он привёз фильм об удивительном, но не очень известном в постсоветском пространстве поэте Юрии Кузнецове, снятом якутской творческой группой. Это вообще первый в стране фильм о большом русском поэте. Идея снять его принадлежит Лугинову.
Имя Кузнецова хорошо знакомо выпускникам Литинститута, — Юрий Поликарпович вёл там свой курс, и те, кому повезло с ним общаться, считают себя счастливчиками: Кузнецов обладал потрясающим поэтическим чутьем и с бездарностями не церемонился. Стихи его, очень лиричные, до каждой клеточки своей — настоящие, кажется, задевают за живое всякого, кто к ним прикасается.
Так и народный писатель Якутии, романист Лугинов проникся его стихами. Он, конечно, был с ним знаком, но не в этом суть. Лугинов надумал снять о нём фильм, и — представляете, — в год своего семидесятилетнего юбилея отправился по Кузнецовским местам… Всё почему? А дело в том, что через весь фильм идут стихи о войне — бесконечной чередой, уступая место военной хронике, старым кадрам, снятым о Юрии Кузнецове и свежим, где Николай Лугинов идёт по его следам… Чувствуете, война — это та тема, с которой, собственно, и начался роман Лугинова. В девяностые его потрясла гибель советской империи. Значит, всё было зря? — не мог понять он. И тысячи, миллионы сложивших за отчизну головы солдат, погибали зря? Так почему же так кончается империя, обливая кровью сердца своим подданным? Отчего это всё происходит? Он бросился искать вопросы в другой империи — империи Чингисхана…

Я говорю об этом, потому что помню давние с ним беседы, то, с какой болью он говорил о трагедии советской страны, о том, что за неё, нашу многострадальную родину, умирали мужчины. Из его рода тоже. «Ушло шестеро, вернулись только двое. Они что, напрасно погибли?! Как же так?! Где та родина, за которую они сражались?»— не укладывалось в голове Лугинова.

У русского поэта Кузнецова, у которого в Крыму, защищая в 44-м Севастополь, в бою на Сапун-горе погиб отец, подполковник Поликарп Кузнецов, это не укладывалось в голове тоже. На этой же Сапун-горе погиб дядя Николая Лугинова, совсем ещё молодой человек. Так что понятно, какие стихи нашли отклик в душе якутского романиста.
Шёл отец, шёл отец невредим
Через минное поле.
Превратился в клубящийся дым –
Ни могилы, ни боли.
Мама, мама, война не вернёт…
Не гляди на дорогу.
Столб крутящейся пыли идёт
Через поле к порогу.
Словно машет из пыли рука,
Светят очи живые.
Шевелятся открытки на дне сундука —
Фронтовые.
Всякий раз, когда мать его ждёт, —
Через поле и пашню
Столб клубящейся пыли бредёт,
Одинокий и страшный.
….
Вот такие стихи. Такой вышел фильм. Такой была идея Лугинова. Какая-то не очень юбилейная, да?
Но это — только на первый взгляд. Потому что на самом деле эта страшная тема как раз и объясняет, почему он стал писать этот роман про Чингисхана, про его империю — чтобы понять ту трагедию страны девяностых лет XXвека, свидетелями которой мы все стали. Потому сам себя он и называет империалистом. Человеком империи то есть…
В фильме о русском поэте, который сняла Евдокия Избекова, якутский писатель поминает якутских мужчин и мужчин своего рода, ушедших, не вернувшихся с войны, показывает могилы погибших молодых ребят Малгиных, их мать, простую якутскую женщину, в одночасье потерявшую сразу всех своих сыновей, — пятерых.
Фильм называется «Юрий Кузнецов. Взгляд с Востока». Это о том, каким видят русского поэта якуты. Как они соотносят свои мысли с его мыслями. Потому стихи здесь читает не только сам Кузнецов (прижизненные съёмки предоставила его вдова, казашка Батима Каукенова). Мы слышим голос Николая Лугинова, молодых якутских парней и женщин, — чтобы показать, как эти строки проникли на самую окраину, и как это горе, отражённое в его стихах, вселенно…
Но Лугинов привёз не только фильм. В литинституте развернулась выставка иллюстраций к его произведениям, присутствовал и сам художник —Джулустан Бойтунов, благодаря таланту которого читатель может зримо увидеть лугиновских персонажей, ими проникнуться, лучше представить себе то время, в которое перемещает своего читателя Николай Лугинов.
Бойтунову, конечно, надо было тоже всем этим увлечься… Хотя вот как, объясните? Это писатель сутками, да что там сутками, годами блуждает по древним монгольским степям и границам. А художнику-то что там делать?
Хорошо, говорит Бойтунов, что служил в советские годы в Монголии, потому смог и степь нам представить, и её обитателей. И лошадки, кстати, там такие и ходят, — как на его иллюстрациях.
….
Так о чём говорил Лугинов в Литинституте?
— Я задумал этот роман о становлении империи, и это была для меня неизбежность.
— Когда возникает империя, на первый план выходят самые честные, преданные ей люди. Когда она разваливается, на первом плане всегда оказываются предатели.
— Российская империя является полноценным наследником тюркской империи, а она никогда не бросала на произвол судьбы порабощённый народ.
— Есть две модели империи: российская и западная. Первая всегда была добра к своим подданным. Она развалится — беда народам, которых она спасала.
— Многие вещи не пишутся. Они читаются между строк. И это слово намного сильнее того, что говорится открыто.
— Никогда никому не доверяйте! Истину ищите сами! Правители переписывают историю себе в угоду, и всегда найдется группа учёных, которая поможет им это сделать. Не позволяйте себя оболванивать…
— Парадокс: очень трудно обмануть одного человека. Почти невозможно. Другое дело — толпа. Обмануть её проще всего.
— Мы скоро доживём до того времени, когда понятия чести, достоинства, служение отечеству станут превалирующими, — без них не будет смысла жизни.
— Русская цивилизация уникальна своей широтой, добротой, искренностью, доверчивостью, доведенной порой до абсурда. Но за ней, мне кажется, будущее…

И напоследок. Произведения Лугинова переведены на китайский, сербский, польский языки, идёт работа над киргизским текстом, — их замечательные переводчики приехали в Москву специально — поздравить юбиляра. Очень симпатичные люди. Поляк Александр Навроцкий подарил серебряный перстень с орлом в янтаре. Китайские товарищи — Джань Юнь Чен — свиток пожеланий, написанных иероглифами. Кстати, другой свиток был подарен постпреду — с пожеланиями укрепления дружеских связей России и Китая. Свои поздравления произнесли сербский переводчик Миловос Бачович и издатель Деян Мастилович, — они теперь навсегда связаны с писателем его романом «По велению Чингисхана».
Елена СТЕПАНОВА
Источник:http://olg-msps.ru

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *